Последняя надежда. Дорого

Как работают заведомо бессмысленные благотворительные сборы

28 февраля мы рассказали вам о сборе на лечение пятилетнего Кирилла Зубкова. Умирающего ребенка отправили в Южную Корею, рассказав жертвователям о шансах на исцеление в волшебной загранице. И когда ребенок, не пробыв за границей и двух недель, скончался, продолжили сбор. Теперь не на лечение, а на погашение долгов перед клиникой, без которого тело ребенка якобы не отдадут для погребения из корейского морга, а мать не выпустят из страны. Кто же помог семье ребенка задолжать десятки тысяч долларов корейской клинике?

Документы и конфиденциальную информацию, на которые автор ссылается в этом тексте, выложили в Сеть сборщики средств на лечение ребенка – как они утверждают, с ведома и согласия родителей мальчика. В тексте упоминаются те имена, фамилии и прозвища, которыми фигуранты этой истории сами представлялись в социальных сетях.

Посредник

Как простому человеку из российской глубинки отвезти своего ребенка на лечение за границу, тем более в столь далекую страну, как Южная Корея? Разумеется, через медицинского посредника, человека или организацию, которая переведет документы ребенка, найдет клинику, готовую его принять, поможет маме общаться с врачами и возьмет на себя все организационные вопросы, связанные с поездкой. Помощь и поддержка в чужой стране, среди чужих людей, говорящих на непонятном языке, очень важны. Если они добросовестны, а перевод корректен.

Но так бывает далеко не всегда. И чем специфичнее страна, тем больше шансов у родителей детей попасть в руки тех, чьи интересы далеки от желания помочь и спасти. В последние годы такими недобросовестными посредниками славится Южная Корея.

Райана С., Милана П., Ксюша М., Чингиз К. – вот далеко не полный список неизлечимо больных детей, чьи родители в отчаянной надежде на чудо увезли их в Южную Корею при участии подобного недобросовестного посредника.

В социальных сетях наибольшую известность получили две истории.

Пятилетний Богдан У. был признан инкурабельным в Казахстане и России, но продолжил лечение от остеосаркомы в клинике Северанс (Сеул). После смерти ребенка сбор средств был продолжен: по утверждениям организаторов, клиника Северанс отказывалась отдавать тело ребенка для отправки на родину и последующего захоронения до полного погашения средств. Сборщики уверяли, что это обычная практика для клиник Кореи и в случае отказа тело либо будет захоронено как неопознанное, либо уйдет в пользование студентам-медикам.

Вторая история произошла с родителями Ксюши М. Сборщики под видом новейшей японской схемы лечения нейробластом высокого риска предложили им стандартный 2004 года немецкий протокол лечения нейробластом среднего риска. Волонтеры, помогавшие семье Ксюши, обратились за помощью в сборе средств в сибирский благотворительный фонд. Они не поверили, когда врач-онколог, руководитель паллиативной службы фонда, сказал им, что либо сборщики вводят в заблуждение семью с инкурабельным ребенком, либо сами семьи обманывают своих добровольных помощников. Ксюшу М. все же увезли в Корею в сентябре, а в декабре она умерла.

Была такая организация-посредник и в истории Кирилла Зубкова. Обычно медицинские посредники избегают афишировать свое участие в скандальных историях, но эта стала исключением. Торговую марку, под которой действовала организация, упомянул в одном из своих комментариев фонд «Подари шанс».



Эта фирма известна как компания «Аллазия», она специализируется на организации лечения в Южной Корее. В компании отказались комментировать свое участие или неучастие в судьбе Кирилла, так что считать «Аллазию» медицинским посредником в данном случае можно лишь со слов неизвестного сотрудника фонда «Подари шанс».

Под маркой «Аллазия» действует некое ООО «Лечение за рубежом». По данным сервиса проверки контрагентов rusprofile.ru, эта фирма зарегистрирована 16 августа 2002 года, место ее регистрации совпадает с местом фактического нахождения офиса «Аллазии» в городе Владивостоке. По данным сайта, основным видом деятельности фирмы является деятельность туристических агентств и туроператоров (код ОКВЭД 79.1). Учредителем ООО «Лечение за рубежом» выступает Ким Елена Валентиновна (регион получения ИНН – Приморский край), генеральным директором с 19 декабря 2017 года – Омельченко Евгения Александровна.

Если считать, что задача медицинского посредника – любой ценой продать клиенту обещание чуда и вывезти его за рубеж, то, наверное, нельзя его упрекнуть в подборе новой клиники для инкурабельного пациента взамен вдруг отказавшейся. Что до возникающих долгов, их все равно погасят жертвователи, так что родители больного ребенка не пострадают. Думать же, что мог бы хотеть ребенок, как бы ему было комфортно провести последние недели жизни, в социальных сетях не принято. Социальные сети любят сказки и ложные надежды.

«Подари шанс»

Быстро собрать десятки миллионов рублей в социальных сетях практически невозможно. Количество желающих получить помощь у виртуальных друзей измеряется сотнями, если не тысячами, и любой сбор требует времени. И тут на помощь отчаявшимся родителям приходят благотворительные фонды, которым все равно на что собирать, лишь бы история была пострашнее, ребенок помладше, а сумма повыше. В этой истории таким фондом стал благотворительный фонд «Подари шанс».

Благотворительный фонд «Подари шанс» был зарегистрирован 3 октября 2018 года в городе Москве. В феврале 2019 года фонд сдал в Минюст нулевые отчеты за подписью президента В.И. Ефимова (регион присвоения ИНН – Брянская область). 2 сентября 2019 года учредителями фонда стали Валерий Викторович Балашов (регион присвоения ИНН – Республика Алтай) и Алексей Анатольевич Тумин (регион присвоения ИНН – Республика Алтай), до того ведшие экономическую деятельность в Республике Алтай. 11 сентября Ефимов вышел из учредителей фонда. 13 ноября 2019 года президентом фонда стал Евгений Валерьевич Балашов (регион присвоения ИНН – Республика Алтай), предположительно, сын одного из учредителей фонда.

Найти на сайте фонда следы всех этих изменений невозможно. На сайте висят только фотографии четырех женщин, входящих в попечительский совет фонда. Это некие Галина Петровна Абабкова, Суханова Виктория Анатольевна, Колесникова Галина Анатольевна, Пашинская Галина Сергеевна. Больше про них неизвестно ничего. Понять, кто они, какое имеют отношение к благотворительной или общественной деятельности, кем приходятся учредителям фонда, невозможно.



В Уставе фонда говорится еще и о некоем Совете фонда, но на сайте нет следов этого «высшего органа управления».

Учредитель фонда Валерий Викторович Балашов имел до 2013 года ИП с основным видом деятельности «производство прочих металлических изделий, кроме сабель, штыков и аналогичного оружия» и дополнительно мог выращивать плодовые и ягодные культуры, разводить сельскохозяйственную птицу и пчел.

По господину Тумину информации больше. Из сведений, опубликованных на сервисе проверки контрагентов Rusprofile, можно узнать следующее: учредитель фонда Алексей Тумин в период с 2006 по 2013 годы учредил в Республике Алтай два ЗАО, одно ООО, одно ИП. В настоящее время два ЗАО и одно ИП ликвидированы. Действующим числится ООО «Теплый дом» (Республика Алтай, Майминский район, с. Кызыл-Озак, ул. Жукова, д. 4), в котором господин Тумин является гендиректором. Согласно финансовой отчетности, с 2013 по 2018 годы ООО «Теплый дом» имело выручку ноль рублей. В отношении него имеются пять исполнительных производств по взысканию налогов и сборов. Одно из производств завершено с формулировкой «Завершено 16.09.2018 г. на основании невозможности установить местонахождение должника, его имущества, либо получить сведения о наличии принадлежащих ему денежных средств». На основании этих фактов Тумин А.А. является скрывающимся недобросовестным налогоплательщиком.

По удивительному совпадению, полный тезка президента фонда Евгений Валерьевич Балашов, проживавший в одном с ним городе и имеющий тот же номер ИНН, успел побывать:
● и. о. начальника МУ «Управление ЖКХ и дорожного хозяйства Горно-Алтайска»;
● директором МКУ «Городское хозяйство и лесничество», Республика Алтай;
● руководителем ликвидационной комиссии МУ «УКС г. Горно-Алтайска».

Публичная оферта фонда, размещенная на сайте, принята на внеочередном заседании правления фонда 1 октября 2018 года, то есть до смены учредителей. Из нее можно узнать, что фонд принимает пожертвования для оказания адресной помощи нуждающимся и что (орфография и пунктуация сохранены) «фонд оказывает помощь всем нуждающимся в соответствии описанном в Уставе фонда».

В оферте упоминаются пожертвования на программы фонда.

Если верить сайту, их у фонда на данный момент шесть:
1. Программа помощи людям преклонного возраста.
2. Программа помощи малообеспеченным людям.
3. Программа помощи медицинским учреждениям.
4. Программа помощи животным.
5. Программа помощи детям-сиротам.
6. Программа помощи больным.

Впрочем, найти какие-либо документы по этим программам на сайте фонда мне не удалось. В отчетах можно найти упоминание программы «поддержки детей-инвалидов», которая отсутствует в списке, и программы помощи людям преклонного возраста. Согласно тем же отчетам, основным направлением деятельности фонда является помощь с оплатой детям с тяжелыми заболеваниями в России и за рубежом.

Неизвестные сотрудники фонда «Подари шанс» на своем сайте предлагали сделать перевод через SMS на короткий номер 3434 с префиксом ЛАЙФ и суммой пожертвования, после чего указать через пробел имя ребенка в качестве оптимального способа совершить адресное пожертвование для Кирилла Зубкова.Возможно, внутренний учет действительно позволяет считать подобное пожертвование адресным. Но из публичной оферты фонда, размещенной на его официальном сайте, можно узнать, что все пожертвования через SMS по умолчанию считаются пожертвованиями на уставную деятельность. Это значит, что фонд «Подари шанс», согласно ФЗ «О благотворительной деятельности и благотворительных организациях», ст. 16, п. 3, может потратить 20% от собранной суммы на оплату труда административно-управленческого персонала. Отправка пожертвования через SMS-сообщение не предполагает возможности указать «назначение платежа», а учитывать ли информацию из текста SMS или нет – это добрая воля фонда.

Если верить последним данным на сайте фонда, на момент закрытия сбора на лечение Кирилла собрано около 3,9 млн руб. из заявленных к сбору 30 млн. Но если перейти на страницу «Поступления», то можно обнаружить, что все SMS-пожертвования учитывались как безадресные. Фонд утверждает, что бухгалтерия видит адресность этих пожертвований и лишь техническая невозможность мешает им выгрузить все поступления с обозначением, кому они предназначаются. Проверить это невозможно. Источник, близкий к фонду, утверждает, что за время сбора на лечение Кирилла было собрано значительно больше, чем 3 млн руб.

Схема с SMS-пожертвованиями крайне напоминает схему, по которой работал благотворительный фонд «Золотые сердца», ставший главным героем благотворительных скандалов прошлого года («Опасная помощь: как родители воевали с фондом „Золотые сердца“»). Напомню, что именно скандал с этим фондом использовался как один из главных доводов в пользу создания и подписания Меморандума о взаимодействии с целью предотвращения рисков недобросовестных сборов денежных средств, осуществляемых посредством социальной рекламы.

Отчеты на сайте фонда «Подари шанс» отрывочны и неполны. Полностью отсутствуют отчеты за 2018 год и с января по август 2019-го. Заглянув на сайт rusprofile.ru, можно узнать, что в 2018-м фонд получил финансовые поступления на сумму 2 тыс. руб. и заемные средства на сумму 1 тыс. руб.

Если проанализировать материалы, которые фонд выкладывает в качестве отчетов, то становится очевидно: с августа по сентябрь 2019 года фонд привлек 9 087 665 руб. Потратил же он за этот период 2 284 178 руб. Из них на лечение ушло 1 119 800 руб., на иные программы – 34 800 руб. Остальные траты пришлись на комиссию платежных систем (1 028 765 руб.), комиссию банка, рекламу, аренду офиса и связь (100 813 руб.). Таким образом, на начало 2020 года на счетах фонда находилось не менее 6 803 517 руб.

В первых числах марта на сайте вдруг появился документ, названный «Ежемесячный отчет за январь 2020». Если в него заглянуть, то можно увидеть, как спешили его авторы: они не исправили название месяца в теле отчета. В нем написано: «В ноябре, благодаря вашей помощи, мы собрали 9 941 481 рубля. Из них на лечение детей было потрачено 484 431 рубль, 25 240 евро и 22 000 долларов США». Учитывая, что фонд принимал пожертвования в рублях, а все финансовые данные по закрытым сборам фонд почему-то за последнюю неделю убрал с сайта, возникает вопрос: как соотносятся рублевые пожертвования и валютные переводы? Насколько корректно подобный отчет отражает деятельность фонда?

Этот же способ учета средств фонд использовал и в истории Кирилла Зубкова: представители фонда утверждают, что перевели все собранные на его лечение средства в клинику, но пожертвования они показывали на странице ребенка в рублях, а переводили в долларах, чтобы оплатить счет, выставленный в корейских вонах.

Удаление из группы

Прежде чем писать первый текст о сборе на лечение Кирилла Зубкова, я попыталась выйти на связь с представителями фонда.

19 февраля я написала сообщение в официальной группе благотворительного фонда «Подари шанс»:
«У меня есть следующие вопросы по сбору на лечение Кирилла Зубкова, проводимому вашим фондом, и по отчетности вашего фонда.

1. Проводит ли фонд свою медэкспертизу, прежде чем взять ребенка на сбор?
2. Если да, то как именно? Кто входит в ваш совет медэкспертов?
3. Если нет, как именно вы решаете, стоит или нет брать ребенка на сбор?
4. Как принималось решение взять на сбор Кирилла Зубкова и отправить его в Корею? Какой специалист рекомендовал вам отправить инкурабельного ребенка в Корею?
5. Где можно посмотреть отчеты о работе фонда? Выложенные на сайте, мягко говоря, неполны и не отражают объемов деятельности вашего фонда.
6. Какой процент от привлеченных средств вы тратите на рекламу вашей деятельности?»

Сообщение было немедленно удалено администрацией группы, и мне было предложено звонить президенту фонда и спрашивать его лично. Потом сотрудники фонда предложили мне написать на info@chance.su, что я и сделала. К сожалению, ответа не последовало и на это обращение. Не получила я и ответа на вопрос, почему на сайте фонда нет ни одного упоминания о фактических владельцах и руководстве и кто такие четыре женщины, упомянутые на сайте как «попечительский совет». После нескольких повторений цикла «размещение вопроса в группе – удаление» утром 21 февраля меня заблокировали. В личной переписке администратор группы фонда пообещал, что ответ мне будет дан «в свое время». Похоже, оно до сих пор не настало.

Что можно сказать о фонде «Подари шанс» на основе открытой информации о его деятельности, выложенной им самим и размещенной на ресурсе Rusprofile? По моей личной классификации это классический фонд-призрак формата «сайт удален – рабочее место убрано». В случае возникновения проблем предъявить какие-либо претензии учредителям фонда не смогут ни жертвователи, ни подопечные, раз уж даже судебные приставы не смогли обнаружить одного из них. Ну а внятной публичной репутации, которую всем этим людям стоило бы беречь, ни у учредителей фонда, ни у его директора, ни у членов попечительского совета нет.