Кицур Шулхан Арух в Википедии

Кицур Шулхан Арух (ивр. קיצור שולחן ערוך‎, букв. «Сокращённый Шулхан Арух», «Малый Накрытый Стол») — общее название ряда галахических кодексов, написанных разными авторами. Все эти книги объединяет то, что они являются сокращенным изложением Шулхан Аруха, написанного Йосефом Каро.

[править]Цитаты, связанные с неевреями

Глава 15. ЗАКОНЫ КАДИШ, БАРХУ И КАК ОБЪЕДИНЯЮТСЯ В МИНЬЯН ДЕСЯТЬ ЧЕЛОВЕК, И ЧТО БУДЕТ, ЕСЛИ ЧАСТЬ МИНЬЯНА ВЫШЛА, И ЗАКОНЫ О ХАЗАНЕ

4. ... Все вышесказанное относится только к объединению группы из десяти человек в миньян. Но если уже есть десять человек, которые произносят Кадиш, Барху или Кдушу, то всякий, кто их слышит, может ответить вместе с ними, даже если их отделяют от него несколько домов, поскольку «даже железный занавес не может отделить евреев от их Отца, Который на Небесах»; необходимо только, чтобы между минья-ном и отвечающим не было экскрементов или идолопоклоннического капища (примечание: или нееврея).[1]

Глава 38. ЗАКОНЫ ХЛЕБА, ПИЩИ И МОЛОКА, СДЕЛАННЫХ НЕЕВРЕЕМ

1. Запретили мудрецы есть хлеб, испеченный неевреем. А в некоторых местах допускают послабление и покупают хлеб у булочника-нееврея там, где нет булочника-еврея, или даже есть, но хлеб его не так хорош, как у нееврея; но хлеб, испеченный неевреем для себя, никто не ест. Но только в тяжелой ситуации и находясь в дороге, если можно все же достать кошерный хлеб, пройдя меньше парса, следует задержать трапезу, пока не будет найдет кошерный хлеб. И хлеб называется «испеченным для себя», только если он испечен для собственной семьи нееврея; однако, если он испечен для продажи, он называется «хлеб булочника», хотя обычно этотнееврей не торгует хлебом. И также хлеб профессионального булочника, испеченный им для его собственной семьи, называется «испеченным для себя». Некоторые говорят, что в тех местах, где трудно найти продажный хлеб, можно есть даже хлеб, испеченный неевреем для себя, и не следует задерживать трапезу ради нахождения кошерного хлеба; и распространился обычай так и поступать.[1]

2. Если еврей подбросил в печку даже только одно полено, пока в ней выпекался хлеб, хлеб разрешен и не называется «гой-ским хлебом».[1]

3. Гойский хлеб, который запретили мудрецы, — это именно хлеб из пяти видов злаков. Но хлеб, приготовленный из круп (проса, кукурузы и т.д.), не называется хлебом, и, как «гойское варево», он также не запрещен, поскольку «не поднимается на стол царей».[1]

4. Хлеб, корочка которого смазана яйцом, запрещен из-за этого яйца, поскольку оно является гойским варевом. И лепешки, которые пекутся на железных противнях, и есть основания опасаться, что эти противни смазываются каким-либо жиром, запрещены в любом случае, поскольку впитали запрещенный жир.[1]

5. Еврейский хлеб, испеченный неевреем, хуже простого гойского хлеба и запрещен как гойское варево, если еврей не сделал печь кошерной, подбросив туда дров. И нужно очень внимательно следить, заказывая выпечку у булочника-нееврея, чтобы еврей подбросил дров в печь или чтобы еврей ставил хлеб или противень в печь (и см. ниже, начало главы 72).[1]

6. Еда, которую не едят в сыром виде и которая «поднимается на стол царей» (то есть считается важным кушаньем. — Перев.) как приправа к хлебу или десерт, если ее сварил или пожарил нееврей, даже в посуде еврея и в доме еврея, запрещена как гойское варево. Но к еде, которую едят и в сыром виде, а также кушанье, которое не считается важным и не «поднимается на стол царей», не относится запрет гойского варева. И можно не опасаться, что она сварена в некошерной посуде, потому что, вероятнее всего, некошерная еда варилась в этой посуде не сегодня.[1]

7. Если служанка-нееврейка в доме еврея варит для евреев — есть обычай разрешать то, что она готовит, поскольку не может быть, чтобы ни один из живущих в доме ни разу не подправлял огонь в печи.[1]

8. Но если она варит только для самой себя, не принято, чтобы евреи занимались печью, и может быть, что это и не поможет, поскольку ситуация хуже, чем когда она варит для евреев. И поэтому, если она сварила еду, к которой относится запрет гойского варева, не только сама еда запрещена, но и кастрюлей запрещено пользоваться; а если в этой кастрюле по случайности потом сварили кошерную еду — следует спросить раввина, как поступить.[1]

9. Если нееврей варил в Шаббат для больного, то на исходе Шаббата еда становится запрещенной даже для самого больного, если можно приготовить ему другую; посуду же можно разрешить, когда она простоит двадцать четыре часа'.[1]

10. Хотя яйцо и можно есть сырым, тем не менее, поскольку так его едят только в тяжелой ситуации, к нему относится запрет гойского варева, и если его сварил нееврей, оно запрещено; и то же относится ко всем подобным кушаньям.[1]

11. К фруктам, которые не созрели на дереве полностью и годятся теперь для еды в сыром виде только в тяжелой ситуации, а специалисты варят их в сахаре, относится запрет гойского варева.[1]

12. Пиво, приготовленное из злаков или меда, принято разрешать и даже пить его в тех самых домах, где неевреи продают его, поскольку сами злаки по сравнению с водой .совершенно незаметны там; только необходимо удостовериться, что это пиво не настаивают на выжимках винограда. А в тех местах, где евреи презирают запрет нееврейского вина, человеку, заботящемуся о своей душе, следует запретить себе и нееврейское пиво. А относительно питья кофе (без молока, поскольку с молоком оно, разумеется, запрещено), а также какао и чая у нееврея — хранящий свою душу отдалится от этого. Некоторые же разрешают делать это, если это делается не постоянно, а время от времени; но делать это постоянно запрещено.[1]

13. Из молока, которое надоил нееврей, за которым при этом не наблюдал еврей, нельзя даже сделать сыр; и для того чтобы молоко можно было разрешить, нужно, чтобы еврей присутствовал при дойке с самого ее начала и видел, что дойка производилась в чистый сосуд. И есть обычай не доить в тот сосуд, в который обычно доит нееврей. А если служанки доят коров в доме еврея или в хлеву — если между евреем и местом дойки не стоит дом нееврея и нет основания опасаться, что скотина является нечистой, — молоко разрешено и можно даже разрешать им доить. Но если между евреем и местом дойки стоит дом нееврея, необходимо, чтобы при дойке присутствовал еврей. И даже присутствия несовершеннолетнего или несовершеннолетней, достигших девяти лет, достаточно.[1]

14. Нееврейский сыр запрещен. А если еврей наблюдал за дойкой и за производством сыра, то, если сыр во время производства уже принадлежал еврею, он разрешен; но если во время производства сыр еще принадлежал нееврею, он запрещен.[1]

15. Отношение к нееврейскому сливочному маслу зависит от местного обычая: в некоторых местах не едят нееврейского сливочного масла, а в некоторых местах его едят. И тот, кто приезжает из места, где не едят нееврейского масла, в место, где его едят, хотя и имеет в виду потом вернуться к себе, тем не менее ест это масло вместе со всеми; а приехавшему из места, где едят масло, в место, где его не едят, запрещено его есть. (В последнее время стало известно, что сливочное масло подделывают, добавляя в него свиной жир, поэтому хранящий свою душу отдалится от него.)[1]

Глава 41. ЗАКОНЫ РАЗРЕЗАНИЯ ХЛЕБА И БЛАГОСЛОВЕНИЯ «…ДАЮЩИЙ ХЛЕБУ ВЫРАСТИ ИЗ ЗЕМЛИ»

4. ... Нужно съесть тот кусок, который он отрезал при благословении, до того, как он начнет есть другой хлеб, и это — из-за любви к заповеди; и хорошо было бы проследить, чтобы от этого хлеба не ел нееврей, скотина или птица.[1]

Глава 44. ЗАКОНЫ ОМОВЕНИЯ РУК ПОСЛЕ ТРАПЕЗЫ (МАИМ АХРОНИМ) И БИРКАТ ГА-МАЗОН

18. Если в доме присутствует нееврей, то читающий Биркат га-Мазон должен вместо слов «…благослови нас всех вместе…» сказать: «…благослови нас всех, членов союза, вместе…».[1]

Глава 46. ЗАКОНЫ О ЗАПРЕЩЕННЫХ КУШАНЬЯХ

19. Сыр и другие вещи, принадлежащие нееврею, даже если они снабжены подписью или печатью, удостоверяющими их кошерность, — если человек не знает того, кто на них расписался, они ему запрещены[1].

20. Надо следить, чтобы еврей и нееврей не жарили и не варили, ставя свою посуду рядом, один — кошерное мясо, а другой — некошерное, если их кастрюли или сковородки открыты; и также следует остерегаться оставлять кастрюли на служанку, если никого из евреев нет дома и никто из них не заходит туда постоянно[1].

22. Следует остерегаться оставлять в доме у нееврея посуду, если можно опасаться, что тот воспользуется ею; и даже если посуда оставлена ремесленнику в починку, все равно — если есть основания полагать, что он воспользовался этой посудой, следует спросить раввина, как поступить[1].

38. Всякую зачервивевшую еду, если это такая еда, которую обычно не проверяют на наличие червей, запрещено продавать нееврею, если есть основания опасаться, что он, в свою очередь, продаст ее еврею.[1]

http://ru.wikiquote.org/wiki/Кицур_Шулхан_Арух#cite_ref-istok_0-40