Много веков назад Эсфирь якобы спасла свой народ от тирана. Память о тех событиях сохранились не только на страницах библии. Эсфири посвящен ежегодный и самый веселый праздник еврейского народа - праздник Пурим. 
     Этот замысел был бы всего лишь остроумен, если бы праздник Пурим был обычным праздником вроде Дня Жатвы или Нового Года.  Но Пурим слишком уникален. Пожалуй, ни у одного из современных народов нет праздника, посвященного такого рода событию. Это не религиозный праздник. Так о нем говорит «Еврейская энциклопедия», подчеркивающая, что этот праздник «не связан ни с храмом, ни с каким-либо религиозным событием» (Еврейская энциклопедия. Свод знаний о еврействе и его культуре в прошлом и настоящем. М. Терра. 1991. Т. 13, Стб. 123). 
     Суть праздника заключается в следующем. Окончился вавилонский плен евреев. Желающие могли вернуться в Иерусалим. Правда, оказалось, что желающих вернуться на родину значительно меньше, чем можно было представить по предшествовавшим освобождению плачам и требованиям (из проклинаемой «тюрьмы народов» - России - при открытии ее границ уехало гораздо меньше евреев, чем хотелось бы лидерам сионистского движения). У многих в столице мировой империи (какой был тогда Вавилон) дела пошли совсем неплохо, и немалое число евреев не пожелало покидать дома, обжитые почти за столетие, разрывать привычные связи, торговые контакты, терять устоявшуюся клиентуру. Тысячи еврейских семей остались жить в городах персидской империи, и причем в положении отнюдь не рабском. 
     Сложившееся положение со временем стало удивлять и самих персов. Оглядываясь вокруг, они перестали понимать: кто же кого завоевал. Армии Вавилона покорили Иерусалим, или евреи захватили Вавилон? (У рабов в Вавилоне были довольно широкие права. В Вавилоне раб мог требовать суда над хозяином за жестокость, в то время как для Платона афинский гражданин, убивший раба, неподсуден. Вавилонский раб мог даже давать хозяину взаймы денег. См.: Кожевников В.А. Буддизм в сравнении с христианством. - Пг., 1916. Т.2. С. 342). Как обычно в подобных ситуациях, персы быстро поняли угрозу национальным интересам и пытались их отстаивать, персидский министр обороны генерал Аман идет к царственному Ксерксу (события происходят около 480 г. до нашей эры) и делится своими печальными наблюдениями. 
     Времена в это период были далеко не евангельские, а нравы - отнюдь не современные плебейско-христианские. Реакция Ксеркса была решительной: истребить всех евреев. Замысел Ксеркса становится известным его жене - царице Эсфири. Царь не знает о ее национальности. И вот, вероятно, в минуту восторгов и обещаний, Эсфирь, пользуясь женскими хитростями, вытягивает из супруга признания и обещания: ты любишь меня? Значит, ты любишь тех, кого я люблю? Значит, ты любишь мой народ? Значит, ты ненавидишь тех, кого ненавидит меня? Значит, ты ненавидишь ненавистников моего народа? Так дай волю своей ненависти! Уничтожь моих врагов, которых ты считаешь и своими врагами! И Ксеркс, без особых раздумий отвечавший согласием на все эти вопросы, теперь с удивлением обнаруживает, что он согласился уничтожить всех врагов ненавистных ему евреев... 
     В итоге в день 13 Адара (этот месяц по еврейскому календарю приходится на конец февраля - начало марта) во все города империи приходит царское повеление относительно погромов. Гонцы привезли совершенно ужасный указ. Оказалось, что царь позволил Эсфири и ее двоюродному брату и воспитателю Мардохею составить указ о предстоящих погромах: «напишите и вы о иудеях, что вам угодно, от имени царя, и скрепите царским перстнем... И позваны были тогда царские писцы... и написано было все так, как приказал Мардохей к правителям... ста двадцати семи областей... от имени царя... о том, что царь позволяет иудеям, находящимся во всяком городе, собраться и стать на защиту жизни своей, истребить, убить и погубить всех сильных в народе и в области, которые во вражде с ними, детей и жен, и имение их разграбить» (Есф. 8, 8-11). 
     «И в течение двух дней все князья в областях и сатрапы... и исполнители дел царских поддерживали иудеев... И избивали иудеи всех врагов своих... и поступали с неприятелями по своей воле» (Есф. 9, 3-5). Аман, у которого предварительно отрезали уши, был повешен с десятью его детьми. Всего было уничтожено 75000 персов. Элита страны. Все, кто мог быть конкурентами. Участь персидской империи была предрешена. 
     Недоумение заключается в следующем: как можно спустя тысячелетия праздновать события того дня?… Есть ли другой народ на земле, который с таким весельем празднует день заведомо безнаказанных массовых убийств? Понятны всем праздники в честь военной победы. Это было открытое, рискованной столкновение, и день победы - мужской и честный праздник. Но как праздновать день погрома? Как праздновать день убийства тысяч детей? 
     До такой степени странно праздновать это безнаказанное избиение, что некоторые иудеи сегодня пытаются придать тем событиям хоть какой-то блеск воинской доблести и предлагают новую, более «респектабельную» версию событий Пурима: «В результате персидские антисемиты были разоружены и наголову разбиты. В обнесенных крепостными стенами Сузах (персидской столице) бои шли двое суток» (Сычева В.В. Сегодня. 1998. 12 марта). В самой Книге Эсфири никаких упоминаний о боях нет. Но, как видно, даже на вкус современных иудеев тот факт, что основу праздника составляет избиение безоружных, настолько непристоен, что приходится придумывать бои. 
     Но все равно никакие требования совести не мешают им праздновать «веселый праздник Пурим». 
     А праздник этот очень веселый. Это единственный день, в который трезвый и педантичный Талмуд даже не разрешает, а предписывает напиваться: «После полудня едят праздничную трапезу и пьют алкогольные напитки, пока не перестают различать между словами «проклят Аман» и «благословен Мардохей»» (Сидур. Врата молитвы (шаарей тфила) на будни, субботу и праздники. Перевод, комментарий и пояснение к порядку молитв под редакцией Пинхаса Полонского. Иерусалим; М., 1993. С. 664). Праздничная трапеза включает в себя пирожки с поэтическим названием «уши Амана». Такая милая семейная сцена: родитель, который пьян в стельку и не отличает уже имени Амана от имени Мардохея, заикаясь, предлагает сынишке: «милый, не хочешь ли еще покушать плоти нашего врага?» 
     И этот праздник почитается величайшим. Среди талмудических мудрецов «существует даже мнение, что когда все книги пророков и агиографов будут забыты, книга Эсфири все-таки не забудется, а праздник Пурим не перестанут соблюдать» (Еврейская энциклопедия. Т. 13, стб. 124). 
     Пурим - праздник избиения врагов. А кто такие враги для иудеев? Только ли соплеменники ненавистного Амана? В средневековом «Диспуте Нахманида» иудей толкует псалом "рече господь господеви моему: седи одесную мене, дондеже положу враги твоя подножие ног твоих" (Пс. 109, 1). Еврей поясняет: «бог и будет помогать мессии, доколе положит все народы в подножие ног его, ибо все они враги его - они порабощают его, они отрицают его пришествие и его власть, а некоторые из них создали себе другого мессию» (Диспут Нахманида. Иерусалим; Москва. 1992. С. 48). 
     Итак, в истории еврейской мысли есть течение, которое полагает, что все народы - враги евреев. События Пурима напоминают, как именно надлежит поступать с врагами. 
     В том-то и состоит чудовищность этого «веселого праздника»: из поколения в поколение он воспроизводит модель обращения с теми, кого евреи однажды сочтут свои врагом. Истории нет, прогресса нет. Роста духовного сознания и нравственности нет. Ветхозаветная кровожадность не преобразилась. Ее нормы живы до сих пор. «Праздник» продолжает расцениваться как образец, достойный воспроизведения (пока - ритуально-символического, при случае - реального)... 
     У христиан принято символически, аллегорически толковать события ветхого завета. Но в иудаизме сохраняется вполне буквальное понимание примеров ветхого завета. 
     Так, советник по делам прессы посольства Израиля в Москве Зеев Бен Арье в беседе с корреспондентом «Сегодня» подчеркнул символическое значение праздника. «Это было весьма своеобразное спасение: по воле всевышнего персидский царь разрешил евреям защищаться с орудием в руках, нанести превентивный удар» (Сегодня. 1998. 12 марта). Значит и ныне Израиль может бомбить все страны, которые не воюют с ним, но, как кажется Израилю, могут представлять для него угрозу. Попробуй Украина или Россия провозгласить в своей военной доктрине возможность «превентивных войн». Без волны возмущения по всему «цивилизованному миру» не обойтись. Но для Израиля в мире сегодня особый стандарт: мир разрешает евреям самим устанавливать нравственные нормы для себя. Израиль выше так называемых «общечеловеческих ценностей». 
     Так почему же народ, в чьей истории было якобы так много страданий (большей частью вымышленных), народ, переживший немало погромов, сам упорно празднует тот погром, который удалось в древности совершить самому? Почему же столь очевидные двойные нравственные стандарты позволяют себе иудеи в отношениях с другими народами? 
     В самой основе иудаизма есть один догмат, который способен делать иудеев поразительно неотзывчивыми к боли других народов. С точки зрения иудаизма люди - это только евреи. 
     «У каждого еврея, как праведника, так и грешника, две души, - утверждает один раввинистический трактат. - Одна из них связана со стороной мира, называемой клипа и ситра ахара. Эта душа облекается в кровь человека и оживляет тело. И от нее берут начало все дурные свойства, происходящие от имеющихся в ней четырех элементов. От нее происходят так же те добрые свойства, которые от природы якобы присущи каждому еврею, такие как сострадание и помощь ближнему, ибо эта душа, связанная с «обратной стороной», происходит от так называемой клипат нога, в которой отчасти есть добро и происхождение которой связано с тайной древа познания добра и зла. Однако души не-евреев происходят от остальных нечистых клипот, в которых нет добра совершенно» (Рабби Шнеур-Залман из Ляды. Ликутв Амарим (Тания). Вильнюс, 1990. С. 39-41). Из этого текста следует, что от того, кто был у древа познания и в кого было вдохнуто дыхание жизни, произошли лишь евреи. А другие люди? Откуда взялись не-евреи? «Клипот и ситра ахара названы «иные боги», так как их питание и их жизненная сила исходят не от категории лица (т. е. божественного), а от категории заднего в кдуша, а выражение «заднего» означает, что это подобно действию человека, дающего что-либо врагу против своего желания. Он бросает это ему как бы через плечо, ибо отворачивает лицо свое от него из-за своей к нему ненависти. Так, наверху категория лица есть внутренняя сторона высшей воли и его (бога) истинное желание, коим всевышний желает уделить жизненную силу всему, что близко ему со стороны кдуша. Но ситра ахара и нечистота - отвратное для всевышнего, что он ненавидит, и он не уделяет ей жизненной силы от внутренней стороны своей воли и желания - лишь ради того, чтобы покарать грешников и дать доброе вознаграждение праведникам, покоряющим сторону ситра ахара. И это называется задней стороной высшего желания его» (Рабби Шнеур-Залман из Ляды. Ликуте Амарим (Тания). Вильнюс, 1990. С. 127), 
     Или, яснее: «клипот и ситра ахара называется рвота и испражнения, как известно» (Рабби Шнеур-Залман из Ляды. Ликуте Амарим (Тания). Вильнюс, 1990. С. 141). 
     Резюме этих размышлений таково: еврейские души происходят от мысли бога, а души не-евреев - от «испражнений». Поэтому в иудейских текстах так много высказываний, в которых вместо ожидаемого слова «человек» стоит слово «еврей». 
     Так что в пьяном хохоте и грохоте Пурима слышны нотки, заставляющие похолодеть «посторонних»: а вдруг кто-то из веселящихся на Пуриме решит нанести «превентивный удар» по нам? Мало ли что спьяну померещится

     статью по материалам А. Кураева подготовил: Штурмовик