Самосуд над Фархундой получил широкий резонанс в Афганистане

В Афганистане насилие в отношении женщин настолько распространено, что это редко вызывает общественный резонанс. Но после линчевания разъяренной толпой 27-летней Фархунды что-то изменилось — ее зверское убийство 19 марта вызвало волну возмущения по всей стране.

К расследованию этого преступления подключены министерство внутренних дел и религиозные деятели страны. В результате арестовано около 30 человек, имеющих отношение к линчеванию, а также отстранены от работы несколько полицейских.

Кроме того, этот инцидент привлек беспрецедентное внимание к правам женщин в Афганистане.

ЖЕСТОКОСТЬ И ДЕМОНСТРАТИВНОСТЬ

Есть множество причин того, почему в афганском обществе убийство Фархунды вызвало такой резонанс, но самые главные — жестокость и демонстративность самосуда.

Акция протеста после жестокого самосуда над Фархундой. Кабул, 23 марта 2015 года.

— Эти кадры обошли каждый афганский дом, и люди видели, как окровавленная молодая женщина обращается с мольбами к жестоко избивающей ее толпе. Кадры оказали огромное воздействие на людей, которые представили себя и членов своих семей на месте жертвы, — поясняет кабульский политический аналитик и бывший чиновник при режиме талибов Вахид Можда.

Введенные в заблуждение участники самосуда пинали, били палками Фархунду и бросали в нее камни за то, что она якобы сожгла Коран в мечети Кабула. После этого они подожгли ее тело, а затем бросили его в реку.

Это нападение произошло средь бела дня близ мечети Шах-и-Дошамшира, на виду у полиции, и всего в нескольких километрах от президентского дворца. Бездействие полиции и та безнаказанность, с которой совершалось это убийство, вызвали у афганцев наибольшее возмущение.

— Полиция должна была защищать людей, но они вели себя как равнодушные зрители, — говорит правозащитница и член партии «Солидарность» Селай Гаффар.

Женщины вышли на акцию протеста после жестокого убийства Фархунды. Кабул, 24 марта 2015 года.

По ее мнению, этот инцидент послужил доказательством того, что правительство и полиция неспособны или даже не желают защищать свой народ.

Сразу после линчевания Фархунды власти попытались минимизировать негативные последствия. Президент Ашраф Гани приказал МВД, Совету улемов и руководству мечети непосредственно участвовать в расследовании. В результате арестованы 28 человек, некоторые из них признали, что участвовали в этом самосуде. Двадцать полицейских временно отстранены от исполнения обязанностей, а пресс-секретарь полиции был уволен после публикации комментариев в поддержку самосуда на страничке в Facebook’е.

МАССОВЫЕ ПРОТЕСТЫ

Этот инцидент объединил политические группы, религиозных деятелей и правозащитников. В акциях протеста против жестокого убийства Фархунды участвовали женщины-активистки, члены таких партий, как «Солидарность» и афганский Green Trend, а также общественно-политическая молодежная организация «Афганистан-1 400». Участники митингов скандировали: «Мы все Фархунды!» и «Смерть убийцам!»

Религиозные деятели, собравшиеся 26 марта в мечети Кабула, назвали убийство Фархунды неисламским. На 27 марта, после пятничной молитвы, перед мечетью запланировано проведение церемонии поминовения в честь «мученицы Фархунды».

Смерть Фархунды стала последней каплей для общества, которое оказалось свидетелем всевозможных видов насилия и несправедливости в отношении женщин.

Сторонники партии «Солидарность» на акции протеста после убийства Фархунды. Кабул, 23 марта 2015 года.

— У людей заканчивается терпение. Хватит, — заявляет Селай Гаффар.

Организаторы митингов надеются, что столь широкий резонанс этого инцидента будет стимулировать изменения в обществе. «Фархунда — это символ борьбы против несправедливости и беззакония», — написал в Twitter’е лидер Green Trend Амрулла Салех.

Тем временем семья Фархунды, оплакивающая смерть, пытается держаться подальше от средств массовой информации. На этой неделе члены семьи объявили, что они больше не будут давать комментарии прессе, и сообщили, что они занимаются созданием фонда повышения осведомленности о проблеме насилия в отношении женщин.

— Она была моей сестрой. Теперь она сестра каждого, — сказал на этой неделе Афганской редакции Азаттыка ее брат Наджиб.